Имперско-кислевитская граница. Догорали последние летние деньки, и стояла сухая погода. Дорога вела вдоль небольшого леса. Местные края, выглядевшие настоящей пасторалью, практически не были тронуты ни войной, ни набегами мародеров - еще немного, и местные крестьяне начнут собирать урожай. Молоденький кислевит, чуть поотставший от основного обоза, деловито лазал по опушке в поисках грибов да ягод, складывая их в большую плетеную корзину.
- Ванька, тебе там долго еще? - раздался недовольный бас откуда-то с дороги, - нам ехать пора!
То был дядька Серый, главный по обозу. Вообще, среди их дружной общины главных не было,но были старшие и молодые, как это обычно бывает. И таких приходилось слушаться!
- Сейчас, сейчас! - крикнул Ванька, и продолжил себе под нос, - лучше бы пришли и помогли, что я - крайний чтоль?
Насвистывая себе песенку под нос, наш герой продолжил собирать лесные богатства, пока не услышал слабый стон, доносившийся из-за кустов шиповника. То ли птица, то ли зверь, то ли вообще - почудилось. На всякий случай Ванька решил проверить. По мере приближения звук становился все явственней - пока кислевит не нашел того, кто кричал.
Старый дуб, упавший недавно, придавил беднягу тяжелой кроной. Похоже, что он попал в переделку сравнительно недавно - иначе как бы протянул хоть денек вот так, к земле крижатый? Помрачнев, кислевит побежал рысью обратно к повозке. Плетеная корзинка осталась валяться около дуба.
Спустя несколько минут пришли люди, вооруженные топорами и пилами. Прошло еще немного времени, и бедолагу освободили из пут природы.
- Как тебя хоть звать то? - буркнул усатый здоровяк. Он выделялся среди своих собратьев размерами, как матерый медведь среди своих неразумных детенышей. Одно лишь его присутствие внушало оторопь, - А то стараемся, работаем - даже спасибо не услышали.
Молодой человек, сидевший на небольшом камне, слегка дернулся от неожиданности, и пробормотал, - Т... Крист я. Кристофер. Спасибо вам большое.
- Я Неган. Другое дело. Некогда нам рассиживаться. Если не собираешься здесь оставаться и ждать, покуда на тебя другие беды с небес не свалятся - можешь пойти с нами. Там и поговорим.
Только выйдя на дорогу, случайному попутчику удалось понять, с кем он имеет дело. Несколько потрепанных телег, в которые впряжены кони и (внезапно!) медведь. В одной из телег лежала аккуратно сложенная плотная ткань, на которой причудливо сочетались яркие цвета, столь редко встречающиеся в этом суровом мире. Только в этот момент спасенный обратил внимание на одежду кислевитов. И стойкий цирковой запах, который узнают все, кто хоть раз был под большим куполом.
Телеги медленно продолжали свое движение. За сравнительно недолгое время спасенный узнал об обыденной жизни бродячего цирка. В подобном обществе себе находили место люди совершенно разных судеб. Разумеется, нередко это приводило к конфликтам. Вот и сейчас два циркача, ведущих лошадей за узду, спорили, но даже с некоторой ленцой.
- Нам нужно возвращаться в Кислев. С этими поездками по басурманским землям мы стали забывать прохладу родных просторов. Заодно пополним запасы продовольствия и нашу казну. Зрители-земляки охотно платят за Машкины фокусы, - пытался убедить своего товарища длинноволосый кислевит.
- Не, ну шо нам там делать? Ладно еще, в Южную область - там хотя бы сейчас урожай собирают, покормят нас за нашу развлекаловку. Таки я вас господарей знаю - вы яки одержимцы, полезете снова в столицу, а то и в Прааг - там уже холодно, все дома сидят, никто на эти клятые выступления не пойдет, так вас разэтак! - горячился куда более эмоциональный собеседник, размахивая потертой меховой шапкой. Чуб на голове трясся в такт телодвижениям.
- Но здесь нигде не варят нормальный квас. Либо пойло какое, либо вообще не то. А без кваса еда не еда, - совсем поник длинноволосый.
- Правду говоришь, земляк. Но денег все равно нет, хоть ты тресни. Последний шабаш собрали продуктами, совсем на дно опустились.
Смеркалось. Быстро отыскалось подходящее место для стоянки, нанесли хворосту, разожгли костер. Кто-то кормил животных, кто-то готовил еду, парочка ребят чинила поврежденное колесо. Со временем большиство циркачей подтянулось к центру лагеря, рассевшись вокруг костра.
- Итак, Кристофер. Меня зовут Влад, я - конферансье этого цирка, и буду с тобой говорить от лица моих ребят. Мы рады, что смогли помочь тебе, и теперь ожидаем от тебя подробный рассказ. Как ты оказался в этом лесу, в столь любопытном положении? - Одноглазый старик выговаривал слова быстро и четко. Молодой человек потер лоб.
- Я... не помню. Простите, мне сложно сказать что-то, кроме этого. Сам я уроженец Империи (Ха, я же говорил! Где мой золотой?), и привык не держать долгов. Если могу чем-то помочь, только скажите! - выпалил собеседник.
- Помочь, говоришь. А что же ты умеешь, Кристофер? К чему способен?
- Я... был помощником судьи. Занимался делопроизводством, знаю несколько языков и обучен письму.
- Дело конечно хорошее, но ты же видишь, кто мы? Циркачи. Все эти бумажки нам, безусловно нужны, но ими уже занимается Никола, ученый человек, да и акробат не из последних, - В этот момент один из кислевитов привстал с соседней скамьи и приветственно помахал рукой, - что еще умеешь?
- Да в общем-то, больше ничего.. - молодой имперец промямлил последние слова. Он уже чувствовал на себе насмешливый взгляд циркачей, и готов был провалиться сквозь землю.
- Вот что, Кристя. Мы рады, что смогли помочь - нам было нетрудно. Ты разделил с нами хлеб - законы кислевитов обязывают быть гостеприимными хозяевами, на любой земле. Я бы позволил тебе остаться с нашим цирком, но времена нынче голодные, каждый золотой на счету. Ты можешь переночевать, а с утра - двинуться обратно в Империю, к обычным делам и быту, какому привык. Мы не в претензиях, и пойдем своей дорогой. А сейчас - отбой, ребятушки! - с такими словами старый кислевит ушел спать. Остальные циркачи тоже начали расходиться, оставив молодого человека в одиночестве у тлеющего костра.